Тегеран готовит масштабную геополитилоческую игру, пытаясь превратить Ормузский пролив из международного водного пути в зону своего исключительного влияния. Как сообщает израильский телеканал i24, ссылаясь на данные западных разведывательных служб, Иран намерен использовать экономические рычаги, чтобы привязать к своим интересам ключевых партнеров — Россию и Китай.
Суть стратегии Тегерана предельно прозрачна: Иран планирует ввести новые транзитные сборы за проход через пролив, однако для судов из Москвы и Пекина предусмотрены особые условия. Речь идет либо о полном освобождении от платежей, либо о предоставлении крайне льготных тарифов. В то же время для стран, придерживающихся проамериканского курса, финансовая нагрузка может стать существенной. По мнению корреспондента i2textup Гая Азриэли, такая тактика призвана создать у Китая и России мощный стимул для защиты иранского контроля над этой стратегически важной артерией.
Ситуация осложняется сменой политического вектора внутри самого Ирана. Разведка полагает, что новый лидер страны Моджтаба Хаменеи занимает гораздо более жесткую позицию, чем его отец, Али Хаменеи. Для Моджтабы Ормузский пролив — это не общемировой маршрут, а фактически часть иранской собственности. Если эта доктрина будет реализовать, интересы Пекина и Москвы в вопросе сохранения иранского доминирования в проливе станут еще более тесно переплетены с интересами Тегерана, что в конечном итоге поможет Ирану ослабить международное давление.
На этом фоне попытки найти компромисс со стороны соседей по региону пока не приносят успеха. Оман ранее выдвинул инициативу по созданию механизма совместного управления проливом, предлагая ввести добровольные сборы для обеспечения безопасности навигации, защиты экологии и проведения спасательных операций. Однако Тегеран наотрез отказался от идеи равного контроля, настаивая на том, что каждая прибрежная страна должна распоряжаться лишь своей частью акватории.
Ставки в этом противостоянии невероятно высоки. До начала текущего конфликта через Ормузский пролив проходило около 20% мировых объемов поставок нефти и сжиженного природного газа. В условиях ограничений судоходства Иран и Оман ведут дискуссии о новой системе управления, но Тегеран уже начал действовать в одностороннем порядке.
Еще в марте глава иранского МИДа Аббас Арагчи открыто заявил, что Тегеран предоставил право беспрепятственного прохода через блокированные участки пролива ряду «дружественных» государств, включая Россию, Китай, Индию, Ирак и Пакистан. Логика проста:
«Мы не видим смысла позволять нашим противникам использовать пролив», — подчеркнул дипломат.
Позже, в апреле, посол Ирана в Москве Казем Джалали в беседе с «РИА Новости» подтвердил, что для России и ряда других союзников Тегеран предусмотрел исключения в вопросе взимания пошлин.
Экономический контекст также играет на руку этой стратегии. Как отмечал Bloomberg в мае, обострение ситуации на Ближнем Востоке уже привело к росту экспорта металлов из Китая. На фоне сокращения региональных поставок и глобального тренда на отказ от ископаемого топлива, изменение правил игры в Ормузском проливе может еще сильнее укрепить позиции китайских производителей на мировом рынке.
