Громкая сделка между московским «Локомотивом» и стамбульским «Галатасараем» заставила футбольный мир говорить о перемещении талантов. Молодой российский полузащитник Алексей Батраков перебрался в Турцию за 25 миллионов евро, к которым добавятся еще 4 миллиона в виде бонусов. Этим трансфером Батраков стал вторым в списке самых дорогих игроков из России, уступив лишь Алексею Головину (30 млн евро). Для «Локомотива» эта сделка стала одним из наиболее прибыльных прорывов в истории российского чемпионата.
Тем не менее, на фоне турецкого трансферного рынка эта сумма не выглядит рекордной. В текущее межсезонье в турецкой Суперлиге лидирует английский нападающий Мэйсон Гринвуд, перешедший из французского «Марселя» в «Фенербахче» за 39 миллионов евро. А абсолютным историческим рекордом стал переход нигерийца Виктора Осимхена в «Галатасарай», обошедшего всех на сумму в 7му миллионов евро. Однако самым обсуждаемым событием лета стал переход Мо Салаха в «Трабзонспор», который прибыл в клуб в статусе свободного агента.
Финансовые аппетиты турецких грандов поражают даже на фоне европейских гигантов. Годовой оклад Осимхена составляет около 21 миллиона евро, что вплотную приближает его к выплатам Килиана Мбаппе в «Реале» (около 31 млн евро по данным Capology). В то же время в российской лиге планка зарплат редко поднимается выше 5 миллионов евро. Разрыв в масштабах виден и в зарплатных ведомостях: расходы стамбульского «Галатасарая» и «Фенербахче» достигают 170 миллионов евро в год, тогда как в России этот показатель едва превышает 50 миллионов.
За этой яркой витриной скрывается глубокий кризис. Клубы «большой четверки» — «Галатасарая», «Бешикташа», «Фенербахче» и «Трабзонспора» — находятся в крайне тяжелом положении. По итогам прошлого сезона их суммарный долг достиг астрономических 1,6 миллиарда евро, причем на долю «Галатасарая» приходится около 500 миллионов. При этом лишь стамбульский клуб сумел зафиксировать небольшую прибыль.
Истоки этой долговой ямы уходят в 2010-е годы. Постоянная смена руководства в клубах, где президентов выбирают члены организаций, привела к катастрофе: каждый новый лидер стремился к мгновенному спортивному триумфу за счет огромных кредитов. К 2018 году турецкий футбол оказался на грани массовых банкротств. Экономист Альперен Кочсой из CBS подчеркивает, что интересы членов этих клубов сосредоточены исключительно на победах на поле, а долгосрочное планирование или прибыль их совершенно не волкуют.
Ситуация обострилась в 2019 году, когда Ассоциация банков Турции начала жестко требовать возврата средств, а УЕФА регулярно накладывал санкции за нарушение финансового фэйр-плей. Несмотря на это, трансферная политика не меняется. Как отмечает источник, близкий к «Галатасараю», распределение денег на турецком рынке напоминает рынок биткоинов: их происхождение и путь остается загадкой. Примечательно, что если раньше лига была местом для ветеранов, то теперь средний возраст новичков составляет 26 лет — в Турцию едут игроки в самом расцвете сил.
Существует и иная сторона медали — математическая выгода от кризиса. Хотя в 2018 году долги четверки превышали 2 миллиарда евро, девальвация национальной валюты помогла их сократить. Благодаря падению лиры к евро (примерно в 12 раз с 2018 года), внутренний долг клубов в евроэквиваленте снизился на 19% в период с 2019 по 2023 годы. Клубы зарабатывают в твердой валюте (например, «Галатасарай» принес 53,5 млн евро за участие в 1/8 Лиги чемпионов), а выплачивают зарплаты местным игрокам в лирах. По словам Кочсоя, из-за инфляции покупательная способность зарплаты в 200 тысяч долларов к концу сезона может упасть до 100 тысяч.
Параллельно клубы осваивают огромные земельные активы. «Галатасарай» планирует застроить элитный район Флория жильем, что может принести до 500 млн долларов. Также клуб уже извлек 150 млн долларов из проекта в районе Рива, рассчитывая выручить еще 400 млн. «Фенербахче» также активно использует продажу недвижимости для сокращения задолженности.
В этом процессе заметна и роль государства. В Турции футбол — это национальный культ, и многие видят в закупках звезд способ отвлечь народ от экономических трудностей, таких как безработица и инфляция. Экономист Тугрул Аксар утверждает, что футбол — центральная тема для беднейших слоев населения, а профессор Ахмет Талимджилер называет его инструментом манипуляции и «побегом от реальности».
Власти оказывают клубам косвенную поддержку через регуляторы: Совет по рынкам капитала одобряет новые выпуски акций, а банки соглашаются на реструктуризацию долгов. Несмотря на закон 2022 года, запрещающий брать кредиты свыше 10% от дохода под угрозой уголовного преследования, Аксар считает, что этот закон фактически не работает. По мнению обозревателя Онура Озгена, он лишь служит рычагом давления на клубы. И если раньше фанаты были политически активны, то сегодня градус протестов на трибунах снизился, в том числе из-за введения системы «паспорта болельщика» в 2025 году.
